Гульназ Шафикова: «Уходим в «цифру», в дистанционку, виртуальное общение»

26.06.2019 в 17:21 | Наука | 324 ПРЕДЛОЖИТЬ НОВОСТЬ
  • Первый рисунок

Как добавить в расписание ментальную арифметику? Что изменится с приходом «цифры» в уфимские учебные заведения? Какой процент учителей доволен своей работой? Об этом и многом другом мы беседуем с ректором Института развития образования Республики Башкортостан Гульназ Шафиковой.

Гульназ Шафикова: «Уходим в «цифру», в дистанционку, виртуальное общение»
- Гульназ Радмиловна, какие задачи вы видите перед собой на посту ректора Института развития образования Башкортостана?
- Институт развития образования Республики Башкортостан – это ведущее подведомственное учреждение Министерства образования региона, занимающееся повышением квалификации педагогов. Своими основными задачами я вижу дальнейшее развитие и укрепление кадрового потенциала и активизацию научно-исследовательской деятельности института.
Как только мы продвинемся в этих вопросах, то возьмемся за развитие цифровых технологий, которые на сегодня представлены в точечном виде. Следующий шаг – переход к интерактивным методам и актуализация содержания образования. Перед нами очень много перспектив. Например, на базе нашего института работает центр WorldSkills России, мы планируем заниматься повышением квалификации педагогов по данному направлению, открыть специальные лаборатории. Как известно, со следующего года выпускники всех колледжей страны будут сдавать демонстрационные экзамены по стандартам WorldSkills, следовательно, мы должны подготовить к этому преподавателей.
- Какую отметку вы бы поставили школьным учителям республики? Как оцениваете потенциал педагогического состава? К чему нужно стремиться?
- У нас очень заметна разница между хорошими школами и теми, кто имеет низкие результаты. В республике работают учебные заведения, входящие в топ-500 России, их на сегодняшний день 12. Но есть и 114 школ, чаще всего в сельской местности, работающие в неблагоприятных условиях. Уфа на этом фоне выглядит достойнее остальных муниципалитетов. Здесь, мне кажется, дают о себе знать в том числе и социально-экономические условия. Но все-таки это результат работы учителей города или в том числе и родителей? Надо разбираться. Что касается отметки, я бы поставила твердую четверку, и это при том, что мы занимаем ведущие места по России по количеству сельских школ. У нас замечательные педагоги. Недавно специалисты информационно-аналитического отдела Института провели анкетирование и выявили, что 78 процентов учителей довольны своей работой, любят ее и не хотят никуда уходить из школы. Они педагоги по призванию. В опросе принимали участие 4850 человека, то есть выборка очень репрезентативная. На первом месте у учителей оказалось желание иметь хорошие результаты школьников, на втором – профессиональный рост, а заработок - лишь на шестом.
К чему нужно стремиться? Ставить амбициозные цели. Почему, к примеру, Уфа отличается по уровню подготовки школьников от других городов республики? Потому что равняется на Москву и Питер и, следовательно, добивается высоких результатов. Если все школы будут брать пример с лучших, мне кажется, это пойдет только на пользу.
- Недавно состоялся форум «Надежда Башкортостана - 2019», на который пригласили одаренных детей. Как ребята из республики выглядят на фоне ровесников из других субъектов?
- Форум «Надежа Башкортостана» прошел в этом году с большим информационным обеспечением. Одаренные дети часто недоумевают, почему победителей спортивных мероприятий встречают в аэропорту с почестями, а лучшим в том или другом предмете такой чести не оказывают? В этом году мы решили сделать из форума значимое общественное мероприятие, продемонстрировав тем самым признание заслуг школьников. Ребята правы, интеллектуальные достижения должны поощряться наряду со спортивными результатами. В 2019 году у нас стало больше победителей и призеров Всероссийской олимпиады школьников, что не может не радовать. Только в региональном этапе принимали участие 3 тысячи детей, из которых десятую часть потом вывели на Россию.
- Если говорить о трендах современного образования, какие вы бы выделили в первую очередь?
- Сейчас можно выделить три основных тренда. Первый – персонализация. К примеру, наши слушатели уже на первом занятии говорят: «Я приехал, чтобы мне рассказали об этом и научили тому-то». Они точно знают, чего хотят. В прежние годы учителя просто приезжали на учебу и были всем довольны. Да и дети такие же. Они задают вопросы: «А зачем мне нужно знать, что подлежащее подчеркивается одной черточкой, а сказуемое двумя? Как мне это пригодится в жизни?» Школьники стали прагматичными, и знания нужно давать с учетом их запросов, подстраиваясь под конкретного ребенка. В отличие от нашего поколения, современные дети еще в конце начальных классов решают, кем станут. И с младшего школьного возраста выстраивают профессиональную траекторию, задача учителей – помочь им.
Второй тренд – это цифровизация. Мы уходим в «цифру», в дистанционку, в виртуальное общение. Следовательно, школы и институты должны быть широко представлены в этой сфере. Если в прошлом году важно было иметь просто сайт института, то в нынешнем – быть во всех популярных социальных сетях. И не просто присутствовать, а выкладывать актуальную информацию, подписчики должны быть в курсе новостей.
Третий тренд – развитие естественно-технического направления образования. Мы опять же говорим, что в этом году самое большое количество выпускников выбрали обществознание, а стране нужны инженеры. Сейчас работаем над развитием инженерного образования, естественно-технического профиля.
- Сегодня можно услышать разговоры о том, что школа потеряла воспитательную функцию, вы с этим согласны? Стоит ли менять ситуацию в этой сфере?
- Я бы сказала, что школа попросту не успевает за новыми формами воспитания. Сегодня много информации можно взять из интернета, но за ее качество никто не отвечает. Скажем, сейчас мне ребенок написал, что скачал лекцию по истории, а кто разработчик? Что за ним стоит? Этого мы не знаем… Моя задача не запретить, а сказать: «Почитай – и давай обсудим». Учителя должны формировать в школьниках критическую позицию. Педагоги пока не владеют популярным языком изложения, который воспринимается молодежью. Если будем общаться с учениками так, как профессора читают лекции в университете, то никто нас слушать не станет. Нужны новые формы воспитания, а пока школа использует старые подходы, не всегда эффективные.
Проводится очень много различных мероприятий: мы ходим на парады, различные смотры, поем песни, организуем конкурсы шежере. Но этого недостаточно, необходимо применять проектные, деятельностные методы воспитания и делать акцент не только на историю, но и будущее, отвечать на разные запросы. Современные дети ведь еще в начальных классах интересуются, как они могут заработать, куда вложить свои сбережения.
- Институт развития образования республики стал одной из площадок для проведения диктанта по башкирскому языку. Как он прошел и насколько высоки результаты участников?
- На диктант наш коллектив пришел в полном составе. Хорошо, что в этом году сделали проверку знаний двухуровневой, дали попробовать свои силы тем, кто не владеет языком. Специально для них был подготовлен простой текст. У уфимцев, писавших диктант на базе нашего института, не было ни одной плохой отметки. Отрадно, что акция привлекла людей разных возрастов, приходили с детьми, внуками. Обязательно примем участие в диктанте в следующем году. Думаю, желающих оценить свои силы будет еще больше.
- К нам в редакцию звонили читатели, интересовались, будет ли учебник по основам духовно-нравственной культуры. По их словам, сегодня на уроках ОДНК изучают параграфы из старого учебника по истории и культуре Башкортостана.
- Материалы по этому предмету наш профессор Михаил Ахметович Бикмеев сдал в издательство «Российский учебник». Следующий этап – работа Министерства образования республики, в прошлом году приняли две программы по ОНДК, но учебные пособия пока не обсуждались. Ведомство должно внести эти программы в федеральный реестр, после чего будет возможность использовать их в школах. Другой вопрос – а почему нельзя пользоваться старым учебником по истории и культуре Башкортостана? Учитель может применять любой дополнительный материал на уроках, и хорошему педагогу не всегда нужен учебник, тем более по истории нашей республики. Ресурсы интернета также хороши: позволяют найти интересный материал и построить работу на творчестве детей.
- Вы проработали многие годы в системе образования, как относитесь к Единому государственному экзамену? Какие плюсы и минусы в этой форме аттестации?
- Как бы я ни относилась к ЕГЭ, он есть. Мне кажется, что плюсов для детей больше, нежели минусов. Ребенок может в любом уголке страны сдать экзамен и поступить в ведущие вузы России. Благодаря ЕГЭ исчез этот субъективный момент, связанный с тем, что можно с кем-то договориться, заплатить за поступление. Для семей это имеет существенное значение. Конечно, минусы имеются, и мы их видим. Начиная с содержания вопросов, задач и заданий и заканчивая тем, что дети в старших классах обращают больше внимание на те предметы, по которым им предстоит сдавать экзамен. Понятно, что с этим нужно работать.
- Существует ли какие-то тренинги, мастер-классы для школьных психологов, ориентированные на психологическую подготовку выпускников к ОГЭ и ЕГЭ? Волнение иногда может повлиять на итоговые результаты экзаменов…
- Существуют. Был специальный грант Министерства образования Республики Башкортостан 2016 года, который как раз выиграл наш институт. В его рамках создали специальную информационно-образовательную среду «Прогресс», в которой есть раздел для психологов. Мы ждем, когда данный портал заработает в промышленном режиме. Система создавалась с 2016 года, апробировалась, полностью прошла проверку и готова к эксплуатации.
- Как с годами меняется подготовка современных учителей, что нового появилось в последнее время?
- Раньше у нас в школах были предметные классы. Заходишь в кабинет литературы, а там висят портреты классиков художественного слова, химии – таблица Менделеева. В последние годы классы стали более мобильными, поменялась предметная среда. Мы сейчас проводим эксперимент: начинаем отказываться от парт. Интерактивные формы обучения предполагают стулья, флипчарты и вай-фай. Мы тоже должны работать в «цифре». Во-вторых, меняется содержание образования. Я же уже говорила, мы учим под конкретные запросы: пришел к нам на курсы будущих преподавателей кружка шахмат педагог и врач в одном лице и «заказал» психофизиологию шахматной деятельности. Мы ищем специалиста по данному вопросу и предлагаем слушателю запрашиваемую информацию.
Прежде было четыре документа, на основе которых осуществлялась подготовка: федеральный образовательный стандарт, порядок ГИА и содержание ОГЭ, ЕГЭ и профессиональный стандарт. Сейчас же многое зависит от условий. Скажем, у нас есть отдельная программа поддержки школ с низкими результатами, курсы по работе с одаренными детьми. Мы, можно сказать, стали практикоориентированными, выявляем профессиональные дефициты педагогов и компенсируем их.
- В одном из недавних интервью министр здравоохранения Вероника Скворцова заявила, что в российских школах уже в следующем году, возможно, появится дополнительный предмет с программами, направленными на формирование здорового образа жизни. Что из себя будет представлять урок ЗОЖ?
- Такая информация есть. Другой вопрос – не Вероника Скворцова определяет, каким будет образование, она лишь вносит предложения. По закону в образовательном процессе 60 процентов – это образовательная инвариантная часть, а 40 процентов формируют участники образовательных отношений. Если родители захотят, чтобы у школьников была ментальная арифметика и найдется педагог, то пожалуйста, предмет можно внедрять. Такая же ситуация с уроком, посвященным здоровому образу жизни. Пока идет формирование соответствующей программы для школ, на основе которой будут организованы курсы повышения квалификации.
- Устраивает ли вас уровень преподавания башкирского языка в русскоязычных школах. Если нет, то что необходимо улучшать?
- Знаете, не устраивает. Почему? Потому что, к сожалению, преподаватели не могут выполнять ту программу, по которой написаны учебники. Мы вынуждены констатировать, что дети восемь лет учат башкирский в русскоязычных школах, но свободной коммуникации нет. Зато в журнале стоят пятерки. Для чего учили? Непонятно… Сегодня разрабатываются альтернативные программы для преподавания языка в русскоязычных школах. Они нацелены в первую очередь на формирование разговорного башкирского. Пока же у нас преобладает грамматика: учим правила, названия падежей и так далее. Институт подготовил программу дополнительного образования для детей под названием «Интерактивный башкирский», это будет онлайн-платформа, с нового учебного года начнем апробировать ее в школах. В Институте также занимаются разработкой альтернативного учебника башкирского языка для русскоязычных школ, который представят к концу календарного года.

Похожие материалы:
Комментарии
Всего комментариев: 0
avatar